«Отдача»: Минное поле между отцами и детьми

фильм Отдача. Лавриненко

Беспрерывный поток фильмов о Майдане и АТО из общественной необходимости очень скоро перерос в статус «спам». Акцентируя внимание зрителя на актуальной, болезненной теме, авторы таких лент часто пытались завуалировать банальную халтурность своих творений. На фоне таких картин работа Анастасии Лавриненко «Отдача» выгодно выделяется, несмотря на то, что фильм во многом потерял от неуверенной руки молодого режиссера. Акцент ленты не ограничивается шокирующей темой войны, а концентрируется на актуальной для широкого зрителя проблеме «отцы и дети».

Синонимами сюжета ленты является лаконизм и динамика. Сюжет рассказывается зрителю кратко, концентрированно, а действие находится в постоянном движении. Перманентное перемещение главного персонажа прослеживается чуть ли не в каждом эпизоде: проход через подземный переход, езда в авто, пробежка через поле. Такой несложный прием жирно подчеркивает беспокойство персонажа и его маету. Камера сохраняет свой динамизм даже в потенциально неподвижных сценах диалогов с военными. Также это постоянное движение из эпизода в эпизод несколько компенсирует ломаные и грубые переходы между сценами. Логическим завершением такого постоянного движения через весь фильм становится отлёт камеры в финальной сцене – цель, к которой протагонист бежал в течение всего фильма, так и осталась недостижимой.

Отдельные сцены поражают своей точностью формулировки и скрытым символизмом. Например, майдановский эпизод снят в подземном переходе, что нагнетает атмосферу замкнутого пространства, суеты, растерянности и, как следствие, страха, которые царили в центре столицы во время событий зимы 2013-2014 годов. Или сцена с оружием, в которой солдаты проверяют новые автоматы и гранатометы, стоя в ряд за длинным столом. По композиции это напоминает конвейер, отсылающий к образу т. н. фабрики смерти. Но вместе с тем в этих сценах чувствуется легкая театрализованность, что портит атмосферу правдоподобия.

Эффектность кульминационного пробега отца и сына по минному полю достигает в глазах зрителя степени «шок». Таким лаконичным образом авторы ленты показали драматизм разрыва сегодняшних поколений. Ранее этот образ во многих произведениях литературы и кино символизировался пропастью или стеной между родителями и детьми. А теперь, когда мир становится более открытым и в нем с каждым днем все меньше границ, — образ пропастей и других барьеров теряет актуальность. Но от этого поколения не стали ближе друг к другу. Поэтому родители и дети не обязательно встретятся даже если находятся буквально в одном шаге друг от друга, как в «Отдаче».

Потенциально сюжет фильма развивается по модели притчи. Но чтобы полностью соответствовать этому формату в драматургии ленты не хватает начального импульса. Зритель не получает ответ на вопрос: «За какие же такие грехи на плечи главного героя свалилось такое страшное наказание, как убийство сына?» Где в фильме тот выстрел, который сделал протагонист, и за который несет наказание в виде той самой «отдачи»? На этот вопрос ответ не поступает. Однако, возможно, его и не должно быть. Ведь в мире далеко не всегда правит высшая справедливость. И наказание может сваливаться на человека без явной на то причины. А просто на ровном месте. Особенно, когда речь идет о войне.