Исход: Страсти по Моисею

В 2014 году сразу два крупных голливудских режиссёра выпустили эпические кинополотна на библейскую тематику. В марте на украинские экраны вышел «Ной» Даррена Аронофски. А 1 января в прокате появится «Исход: Цари и боги» Ридли Скотта. Обе картины получили посредственные рейтинги и достаточно резкие отзывы критики. В свою очередь широкому зрителю библейская тематика пришлась по вкусу. «Ной» собрал в кинотеатрах втрое больше своего бюджета. Растёт изо дня в день касса и у «Исхода…».
Новое творение Скотта рассказывает о том, с чего началось спасение еврейского народа из египетского плена. Моисей, сводный брат будущего фараона Рамзеса, отправляется на подавление восстания евреев. Оказавшись на месте, он видит, что причина всех бед в наместнике, который думает лишь о собственном достатке. Если кому-то из рабов и удаётся выжить в жестоких условиях труда – он прозябает в нищете. Если же сил у раба не хватает – его добивают и сжигают на костре прямо на карьере. В этот момент Моисей узнаёт о древнем пророчестве, согласно которому ему суждено спасти иудеев из рабства.
Несмотря на то, что два с половиной часа экранного времени – очень крупная драматургическая линза, рассмотреть в подробностях она позволяет лишь одного главного героя. Все остальные персонажи играют не более чем вспомогательную роль. Подобное упрощение сюжета, наверняка, сделано в угоду самому неискушенному зрителю. Последний может использовать картину даже в качестве воскресной проповеди.
Молиться во время фильма будет и насмотренный киноман, прося Всевышнего, чтобы поскорее начались титры. Ведь затянутый хронометраж «Исхода…» заставляет любоваться декорациями и компьютерной графикой настолько подробно, словно это первый в истории фильм, воссоздающий атмосферу древнего Египта.
Судя по этому фильму, фараоны занимались, прежде всего, своим внешним видом, а также строительством дворцов и памятников. Религиозные обряды и ритуалы египтян показываются здесь скучно и без эмоций. На лицах туристов, фотографирующихся на фоне пирамид, и то больше воодушевления, чем у экранной жрицы, возносящей молитвы богам.
Лёгкое головокружение придаёт просмотру нарочитое 3D. В лентах с настолько интенсивным декоративным рядом стереоэффект только мешает. Ведь из-за него не рассмотришь детали. Однако в случае с этим фильмом он отчасти пошёл на пользу. Эффект объёма размывается по краям экрана, так что лента превращается словно в мираж – рассеянную дымку посреди египетской пустыни.
Остроумно в образе Моисея смотрится вчерашний Бэтмен – Кристиан Бэйл. Оба эти персонажа схожи своим внешним видом и харизмой. Оба спасают народ от тирана. Оба красиво говорят и справно дерутся. Даже сюжеты с Бэтменом и Моисеем разворачиваются практически в синхронных ритмах: воодушевление – отчаяние – просветление. Стремление Голливуда уравнять в массовом сознании героев библии и комиксов вызывает недоумение.

Кстати, Бэйл должен был сыграть главную роль и в «Ное» Аронофски. Однако в это время актёр был занят на съёмках в другом фильме. Так что его заменили на Рассела Кроу, прославившегося после роли в «Гладиаторе» того же Ридли Скотта.
Карьера этого режиссёра настолько же неоднородна, как и сам «Исход». Отдельные сцены перехватывают дух. Но их слишком мало, чтобы после просмотра не было жаль потраченного времени. Старина Скотт всё чаще стал повторяться. Его предыдущий эпик «Прометей» (2012) развивает, практически ничем не дополняя, замысел его же «Чужого» (1979). А его «Робин Гуд» (2010) и «Гладиатор» (2000) насколько же внешне не похожи, настолько внутренне – одинаковы.
«Исход…» и «Ной» обречены на то, что их перестанут пересматривать, как только их продюсеры получат всю свою запланированную прибыль. Ведь именно тогда окончится их рекламная кампания. А ничего кроме неё не заставит обратить внимание на эти ленты. В любом искусстве, а тем более, в том, что поднимает библейские мотивы, знаковыми остаются прежде всего те произведения, которые ломают каноны. Андрей Рублёв перечеркнул законы византийской иконописи, а Тициан оживил до тех пор забальзамированные образы святых. В свою очередь, Скотт и Аронофски не более чем реставрируют глянцевые образы библейских пророков, созданные для пошловатого вкуса широких масс ещё в середине ХХ века.
Одно из немногих углублений фильма, в которые интересно «нырнуть» – вынесено уже в само название. В эпоху тирании цари противостояли богам. Роли последних сегодня, в эпоху торжества корпораций, отводится сильным мира сего. Рабам в древнем Египте оставалось надеяться лишь на невнятные пророчества и на чудо. А обычным работягам сегодня – на волю олигархов. О Боге речь уже не идёт… Сегодняшний мир хоть и отводит больше места для человека, но вместе с тем, оставляет минимум пространства для божественного.
«Исход…» и «Ной» интересны тем, кто не имеет представления о святости и духовном подвиге. Для кого галлюцинации и просветление – синонимы. Кто не преклоняется перед святыми. А наоборот, ждёт, что они подстроятся под него – развалившегося в кресле кинотеатра. А судя по зашкаливающим сборам– таких зрителей большинство.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

два + 6 =