Евреи, поляки и украинцы делят скелеты в шкафу

В Киеве состоялась премьера документального фильма Кшиштофа Копчинского «Диббук. История странствующих душ». Он рассказывает о хасидах, которые приезжают в Умань на еврейский Новый год Рош Ха-Шана. Ежегодно этот город собирает около 20 тыс. паломников из 70 стран. Согласно хасидскому поверью, посещение могилы Цадика Нахмана, которая находится в Умани, приносит счастье.

Многолетний поток хасидов приносит в регион огромные инвестиции. Однако местным националистам не нравится присутствие такого количества евреев, и они выступают против иностранцев.

На примере локальной проблемы в украинской провинции, этот фильм поднимает глобальный вопрос межнациональной толерантности, который особенно обострился в последние годы. Картина получила резонанс в разных уголках мира. Она была признана лучшей документальной работой 55-го Краковского Международного кинофестиваля и получила Приз Международной Федерации кинокритиков (FIPRESCI) Одесского кинофорума. Также украинские критики назвали эту ленту одной из лучших отечественных премьер прошлого года.

Режиссёром картины выступил Кшиштоф Копчинский. Всего он снял более 50 документальных лент, которые были отмечены на 130 международных кинофестивалях. В эксклюзивном интервью фильммейкер рассказал, насколько нелегко проходила восьмилетняя работа над картиной. Как хасиды любят Путина, но поддерживают АТО. Как поляки дружат с украинцами, но называют наших героев убийцами. Как украинцы тихо тратят хасидские деньги на громкие националистические идеи.

«Диббук. История странствующих душ» был показан в рамках кинофорума XI Дни польского кино, который проходил в столичном кинотеатре «Киев».

Пан Кшиштоф, в вашем фильме много провокационных сцен, религиозных ритуалов и людей, которых обычно запрещено снимать. Как вам удалось добиться разрешения на их съёмку?

Прежде всего, мы сразу всем объяснили, что наш фильм не будет оскорблять ни хасидов, ни украинских патриотов. Однако получить отдельные разрешения на съёмку нам было очень непросто. Например, мы пять лет ждали документ, который открыл нам двери в психоневрологический интернат.

Когда же мы хотели зафиксировать хасидские обряды, то разрешение на это нам мог дать только один из главных хасидских раввинов. Это очень проницательный человек. И нас сразу предупредили, что если он одобрит наше дело, то мы потом сможем снимать где угодно и что угодно. А если откажет – мы больше ничего не сможем снять в Умани. Мы пошли на этот риск и несколько часов ждали, пока этот раввин окончит молитву. После этого мы подошли к нему и увидели, что вокруг стоит много хасидов, которые ждут его решения относительно наших съёмок. И когда он дал нам разрешение, то все вокруг начали петь и танцевать. Для всех них его слово было определяющим.

В целом работа над лентой продолжалась восемь лет. Мы отсняли 58 часов, из которых в окончательный монтаж вошло только полтора.

Ранее об уманских хасидах было снято два украинских фильма. Экспериментальная лента «Нахман» Александра Шапиро и фестивальная короткометражная работа Александра Течинского «Сэры и сеньоры». Но в вашей картине тема празднования Рош Ха-Шана в Умани раскрыта гораздо подробнее.

Также в 2006 году вышла лента «Йиппи: путешествие к еврейской радости», которая стала единственным документальным фильмом в творчестве Пола Мазурски (автор «Москвы на Гудзоне», пятикратный номинант на «Оскар» — А.Ф.). Он показал празднование Рош Ха-Шана в Умани глазами американских хасидов, с которыми дружил. Это интересная работа, которая снята типично по-американски.

Вы говорили, что надеетесь на начало диалога после этого фильма.

Я надеюсь на диалог о взаимопонимании между разными народами, культурами и цивилизациями. Например, в этом году на крупнейшем в мире кинофестивале документального кино в Амстердаме была организована специальная программа фильмов, которые помогают найти общий язык между конфликтующими силами. Эта секция называлась «Джихад против МакМира». В неё входило 12 картин, среди которых был и «Диббук…».

Но из вашего фильма видно, что между украинцами и хасидами практически нет взаимопонимания.

Да. Но как-то раз, во время обсуждения фильма в Польше, поднялась профессор Варшавского университета, которая специализируется на этике, и сказала, что, несмотря на всю конфликтность, в фильме есть один очень показательный эпизод. За упокой души Володи, одного из героев фильма, молятся как православные местные жители, так и хасиды. Конечно, они молятся не вместе. Но всё равно – существует нечто важное, что способно объединить настолько разных людей.

Смерть Володи, смотрителя кладбища, существенно повлияла на наш фильм. После его кончины мы кардинально изменили сценарий. Он был объединяющим звеном между хасидами и украинцами. Всё происходящее в фильме мы изначально планировали показать его глазами. Мы с ним дружили, и я к нему часто ездил.

Статьи  Евреи, поляки и украинцы делят скелеты в шкафу
Кшиштоф Копчинский

Здесь очень тонко выписан символ «странствующих душ», о которых говорится в названии фильма. Ежегодно в Умань приезжает помолиться около 20 тыс. хасидов. Приблизительно столько же евреев в XVIII веке в этих краях погибло от рук Ивана Гонты и Максима Зализняка. Один из раввинов в фильме рассказывает о переселении душ в иудаизме. После его слов экранных хасидов начинаешь воспринимать, как тех самых «странствующих душ», которые до сих пор не могут обрести покой и спустя 300 лет возвращаются на нашу землю, орошённую иудейской кровью. Но вместе с тем Иван Гонта и Максим Зализняк для украинских националистов – настоящие герои…

Чтобы вступить в Европейский Союз, Украине необходимо разобраться с историей. Некоторые страницы своей истории вам необходимо обсудить со своими соседями. Например, в Умани стоит памятник Ивану Гонте и Максиму Зализняку, которые массово убивали поляков и евреев. А неподалёку от него молятся хасиды, которые привозят в этот город огромные инвестиции. Может украинцам стоить поискать каких-то других героев, которые не убивали людей?

Ну, а польский фильм Войцеха Смажовского «Волынь», который вышел недавно. Он рассказывает о Волынской резне 1943 года. В этой ленте поляки показываются положительно, а украинцы – отрицательно, а в некоторых эпизодах даже оскорбительно. Этот фильм раздражает украинцев так же, как уманский памятник Гонте и Зализняку вызывает возмущение поляков и евреев. Вот, как быть с подобными острыми углами в истории?

Думаю, что выход только один – диалог. Украине уже 25 лет, и странно, что историки наших стран до сих пор не согласовали друг с другом факты Волынской резни, походов Гонты, Зализняка, Хмельницкого и другие страницы истории. Например, Карл Ясперс после Второй Мировой написал очень важный труд о проблеме немецкой вины. Этот текст подсказал, как немцам жить дальше. И пока в каждом государстве не произойдут подобные переосмысления – им будет очень трудно найти общий язык с соседями.

Статьи  Евреи, поляки и украинцы делят скелеты в шкафу

После Евромайдана в Умани продолжают действовать коррупционные схемы? Все эти огромные суммы, которые привозят хасиды, всё так же расходятся по карманам чиновников?

Новый мэр Умани повесил в своём кабинете табличку «здесь взяток не берут». При этом местные жители говорят, что о взятничестве мэра – ничего не известно, а вот другие чиновники от страха начали брать взятки в пять раз больше.

Также после Евромайдана хасиды нелегально поставили в Умани киоск. Когда к ним пришли журналисты и сказали, что напишут об этом, то хасиды предложили $2 тыс. за молчание. Журналисты отказались от денег, но сказали, чтобы хасиды купили дрон для украинских военных на Донбассе. Хасиды купили какой-то некачественный китайский дрон, которой вскоре сломался. А украинский журналист сказал, что когда в Умань придут русские, то он расскажет им, что хасиды поддерживали украинскую армию.

В фильме есть эпизод, в котором один из хасидов говорит следующее: «Слава богу Путин – друг евреев… Хорошо, что в мире есть хотя бы один нормальный человек – Владимир Путин». Не вырывалась ли эта фраза из контекста, чтобы спровоцировать спор, учитывая сегодняшнее напряжение в обществе?

Данный эпизод снимался ещё до Евромайдана. Это мнение одного из персонажей фильма – раввина, у которого много друзей в Москве. Это не мои слова. Вообще, многие хасиды не различают Россию и Украину. В их понимании – это одна территория. Главное для них – это могила Нахмана. Больше ничего их здесь не интересует.

Статьи  Евреи, поляки и украинцы делят скелеты в шкафу

Польская компания-кинопрокатчик инициировала публикацию книги по материалам вашего фильма.

Она выйдет на польском в начале 2017-го. Съёмки нашего фильма завершились до Евромайдана. А в книге будет рассказываться о событиях в Умани и Брацлаве после этого.

Снимать кино в Украине было так же легко, как в Польше?

Украинские специалисты делали всё очень профессионально. Продюсер Геннадий Кофман (программный директор Docudays UA), оператор Сергей Стеценко («Майдан», «Зелёная кофта»), переводчики, звукооператоры… Все сработали на высочайшем мировом уровне. Снимать кино в Украине – так же, как в Европе.

9 октября ушёл из жизни Анджей Вайда. Каким вы запомнили этого режиссёра?

Он был на премьере «Диббука…» на Краковском кинофестивале. После показа он сказал: «Фильм фантастический. Мы не знали, что такое происходит в Умани». Последний раз я встречал Вайду в этом году на еврейском фестивале в Варшаве. Тогда он мне сказал, что окончил свой новый фильм «Послеобраз» («Powidoki» — мираж, который остаётся перед глазами, когда долго смотришь на изображение, а потом резко отворачиваешься – А.Ф.) и больше уже ничего не будет снимать. В Польше было много личностей его поколения, которые оказали очень сильное влияние на польскую культуру. Уже в моём поколении настолько масштабных личностей нет.

Статьи  Евреи, поляки и украинцы делят скелеты в шкафу